На главную страницу

Елена Говор

 

Миклухо-Маклай и русская утопия в Южных морях

 

В августе 1870 года, когда европейцы только начинали осваивать меланезийские острова, лежащие к северо-востоку от Австралии, в газете "Санкт-Петербургские ведомости" появилась любопытная статья члена Русского географического общества барона Н.В. Каульбарса. Он ратовал за то, чтобы Новая Гвинея, Соломоновы острова, Новая Ирландия или Новая Британия стали опорными пунктами русской торговли в Тихом океане и источником дешевых колониальных товаров для России. Каульбарс считал, что близость этих островов к Австралии, которая стремительно развивается, обеспечит им "блистательную будущность". "Вот причины, - писал Каульбарс, - по которым России было бы чрезвычайно выгодно водрузить свое знамя в отдаленных, но богатых" островах, тем более, что эти "роскошно одаренные природой" земли - ничьи. Предлагал он и конкретный путь: Морскому министерству, которое готовило корабль "Витязь" к отплытию в Тихий океан, предлагалось поручить участнику плавания натуралисту Миклухо-Маклаю провести обследование островов на предмет их пригодности в качестве русской колонии. Опасаясь, что охотников переселяться туда на первых порах будет мало, Каульбарс советовал сначала отправить туда тысячу человек "приговоренных по суду к ссылке на поселение". Их хватит для предварительных работ по устройству колонии и для ее охраны вкупе с русским военно-морским судном. Ссылка - мера временная, свободные поселенцы не заставят себя ждать, - был убежден Каульбарс, - и вскоре начнется планомерное освоение богатств островов.

Характерно, что через несколько дней статья была перепечатана в газете "Кронштадтский вестник" под заглавием "Об основании русской колонии в Австралии". О таком своеобразном применении географического понятия "Австралия" мы поговорим ниже, здесь же отметим, что статья Каульбарса несомненно отражала интерес русских официальных кругов к продвижению России в Тихий океан. Об этом свидетельствует и чрезвычайно благосклонное отношение царского двора и ряда должностных лиц к проекту Миклухо-Маклая, и время появления статьи - за два месяца до отправления "Витязя", - и, наконец, тот факт, что "Витязь" не только доставил Миклухо-Маклая на Новую Гвинею, но и обследовал некоторые острова в районе, намеченном Каульбарсом. Слухи об этих планах и об экспедиции Миклухо-Маклая дошли и до Австралии, где газеты в апреле 1871 г. подняли тревогу в связи с "намерениями русских обосноваться на Новой Гвинее". Страхи оказались напрасными, план Каульбарса не вызвал интереса русской публики, и после экспедиции "Витязя" никаких официальных шагов со стороны России по его осуществлению не предпринималось.

Прошло 16 лет и идея русской колонии в Тихом океане, выдвинутая на этот раз самим Миклухо-Маклаем в новой форме, неожиданно завладела умами русских. Целью его проекта была защита островитян Тихоокеанских островов от эксплуатации и истребления европейскими колонизаторами. Для осуществления этого плана он предлагал либо установить над Берегом Маклая русский протекторат, защищающий права папуасов, либо основать на каком-либо незанятом острове поселение русских, разделяющих его гуманные идеи. Объявление об этом плане, помещенное Миклухо-Маклаем в газетах в июне 1886 г., неожиданно вызвало целый поток заявлений от русских, желающих отправиться с ним в Южные моря. Миклухо-Маклай занялся разработкой детального плана колонии. Рассматривая ее как русский форпост, предотвращающий вторжение других империалистических держав, Миклухо-Маклай искал способы ограничения ее зависимости от царской России, стремясь, таким образом, свести к минимуму возможное негативное влияние русского вторжения на туземцев. Он хотел организовать независимую, демократическую, самоуправляющуюся коммуну без частной собственности на землю, с религиозной свободой. "Всякая трудящаяся рука будет иметь не только достаточную, но и изобильную пищу. Помимо земледелия и богатой рыбной ловли, одна получасовая охота дает достаточное на сутки пропитание. Во всяком случае найдется применение и свободному капиталу, и ремеслу, и простой рабочей силе, была бы лишь охота работать и вести порядочную жизнь", - уверял Миклухо-Маклай лиц, интересующихся колонией.

К концу 1886 г. количество желающих переселиться превысило две тысячи. Кто же были эти люди? Газетный репортер так описывал встречу Миклухо-Маклая с группой будущих колонистов: "К 6.30 часам вечера в субботу 21 [июня 1886 г.] временная квартира Н.Н. Миклухо-Маклая стала переполняться самой разнообразной, самой разношерстной публикой. Были видны и армейские и флотские мундиры, франтоватые жакеты и потертые пальто, белые галстуки и русские шитые сорочки". Наряду с петербуржцами, Миклухо-Маклай получал письма от желающих переселиться из Москвы, Польши, Литвы, Харькова и с Кавказа. Даже после того как проект Миклухо-Маклая не был принят царским правительством, интерес к нему оставался огромным. Когда в марте 1887 г. Миклухо-Маклай ехал на поезде из Москвы в Одессу, на многих станциях его окружали люди, которые стремились "разузнать о будущности русских колоний в Тихом океане". Отвечая на запрос специального комитета, организованного для обсуждения его проекта, Миклухо-Маклай отмечал, что среди подавших заявления было свыше ста офицеров, инженеры, медики. Большинство из них русские. Петербургский корреспондент "Сидней морнинг хералд" саркастически комментировал в своем репортаже, что подавшие заявления были не способны к физическому труду и не владели никаким ремеслом; большинство из них были "дворяне, потерявшие состояние, литераторы, не имевшие успеха, врачи, у которых не было пациентов". Но в следующем репортаже, после беседы с Миклухо-Маклаем, корреспондент отнесся к его проекту с большим уважением и сообщал, со слов путешественника, что среди желающих основать колонию были состоятельные лица, занимавшие видное положение в обществе, - дворяне, армейские офицеры, инженеры, студенты, медики и даже два монаха.

Историк Е.Вебстер, автор книги о Миклухо-Маклае на английском языке "Человек с Луны", пришла к выводу, что путешественник стремился создать республику для элиты. Русские газеты, напротив, насмехались над Миклухо-Маклаем, называя его папуасским королем, а его последователей авантюристами. В противовес к этим двум крайним мнениям я бы назвала его последователей демократами-романтиками. Их несомненно привлекали демократические принципы, на которых должна была основываться колония, и в то же время влекло ее местоположение - где-то на необитаемых островах в Южных морях, около Австралии. Точная география, как кажется, их совсем не волновала. Не удивительно, что в то время как наиболее вероятным местом колонии должен был стать Берег Маклая на северо-востоке Новой Гвинеи или прибрежные острова, газеты обсуждали проект под заголовками "Русская колонизация в Австралии". Очевидно, что Австралия выступала в восприятии русских в то время как синоним юго-западной части Тихого океана, как и в случае с проектом Каульбарса. Один из сторонников Миклухо-Маклая, профессор В.И. Модестов, объяснял неожиданный энтузиазм многочисленных русских отправиться на острова Тихого океана тем, что в России "непочатый край" отважных образованных людей, недовольных "своим положением в отечестве", что есть в ней "немало сил, ищущих себе не рутинного приложения, немало людей, рвущихся к новой жизни", к свободе. Те же мысли, но в более простой форме, выразил крестьянин Новгородской губернии И.А.Киселев, который писал Миклухо-Маклаю еще в 1882 году: "Для бедных, но честных и мыслящих тружеников, желающих устроить жизнь на новых началах, без золотого кумира, самое лучшее средство - это переселение хотя бы на необитаемые, но производительные острова Океании, где бы, прилагая тот же труд, что и в пресловутой Европе, возможно было сыто, приятно и независимо существовать... не убиваясь много о завтрашнем дне".

Духовным "отцом" Миклухо-Маклая и его последователей мог бы быть Павел Бахметев, прототип революционера Рахметова из романа Чернышевского "Что делать?" (1863). Чернышевский, кстати, оказал большое влияние на формирование юношеских идеалов Миклухо-Маклая. Состоятельный дворянин, Бахметев не смог осуществить свои революционные идеалы на практике ни в России, ни в Западной Европе. В конце-концов он оставил свое состояние Герцену для революционных целей, а сам в 1857 г. отправился то ли на Маркизские острова, то ли в Новую Зеландию, чтобы создать там колонию-коммуну на новых социальных основаниях. Для него, как и для последователей Миклухо-Маклая, конечная географическая цель была не столь важна - главное провозгласить колонию где-то в Южных морях, подальше от России. К сожалению, отправившись в Океанию, Бахметев исчезли все попытки выяснить его судьбу оказались безуспешными. В конце XIX века идея русской колонии в Тихом океане стала темой и русской художественной литературы. Фантазия А.Г. Конкевича в повести Крейсер "Русская надежда" создала русскую военно-морскую базу на Соломоновых островах, а Н.Н. Соколов написал целый роман о неудачной попытке создать русскую колонию на Тихом океане во времена Екатерины II.

Сегодня очевидно, что вся история с проектом колонии Миклухо-Маклая была очередной русской утопией - массовым увлечением недостижимым идеалом. Утопичен был план Миклухо-Маклая, утопичны и надежды его последователей. Неудивительно, что царское правительство заняло более реалистическую позицию, не желая ни вступать в конфликт с Германией и Англией, ни вкладывать деньги в отдаленную территорию в Тихом океане, ни поощрять вольнолюбивые устремления потенциальных русских колонистов, и отказало Миклухо-Маклаю в его проекте. А Новая Гвинея вскоре была окончательно разделена между Австралией, Германией и Голландией, которые не провозглашали никаких громких планов, но планомерно осваивали новые территории. Разум, как и следовало ожидать, победил чувство. И все же сердце согревает мысль, что мы, русские, как никакой другой народ, способны рождать таких истовых Дон-Кихотов, каким был Миклухо-Маклай, какими были его безвестные многочисленные последователи.

 

Литература: Н.Н.Миклухо-Маклай, Собр. соч. в 5-та тт. Т.4., М.-Л., 1953, с.288-299, 306, 311, 314, 433-434, 470-477; Н.В.Каульбарс, - Санкт-Петербургские ведомости, 1870, 8 авг.; Н.В.Каульбарс, Об основании русской колонии в Австралии, - Кронштадтский вестник, 1870, 19 авг.; В.И.Модестов, Русская колонизация в Австралии, - Новости и биржевая газета, 1886, 10 июля; Б.А.Вальская, Проект Н.Н.Миклухо-Маклая о создании на островах Тихого океана русской вольной колонии, - Австралия и Океания (История и современность), М., 1970, с.35-52; The Russian scientific expedition to New Guinea, - Argus, 15 April 1871; Our St. Petersburg letter, - Sydney Morning Herald, 11,18 September 1886; E.M.Webster, The Moon Man, Melbourne, 1984, pp.315-325; Н.Я.Эйдельман, П.А.Бахметев (одна из загадок русского революционного движения), - Революционная ситуация в России в 1859-1861 гг. М., 1965, с.387-398; А.К. [А.Г.Конкевич], Крейсер "Русская надежда", СПб., 1887; Н.Н.Соколов, Русская колония на Тихом океане. Природа и люди, 1897, № 1-12, 14-52.

 

Опубликовано в журнале Австралиада, 1996, № 8.

Hosted by uCoz